1578–1657

Трудно представить, что знания из обычного учебника по биологии, доступные сегодня любому школьнику, были когда-то «тайной за семью печатями». В частности, знания о строении кровеносной системы, большом и малом кругах кровообращения, роли сердца в снабжении кровью мозга и всех органов тела человека, особенностях артериальной и венозной крови стали доступны людям лишь в первой половине XVII века благодаря английскому врачу, исследователю-анатому, одному из основателей современных физиологии и эмбриологии Уильяму Гарвею.

Уильям Гарвей родился 1 апреля 1578 г. в английском городке Фолкстоун и был старшим сыном Томаса Гарвея, члена местного муниципалитета и весьма предприимчивого купца. В отличие от младших братьев, Уильям практически не интересуется торговлей, товарами, продажами, рынками сбыта. Зато его привлекают естественные науки, отчего уже в 10 лет он садится за парту в Королевской школе в Кентербери, а в 15 поступает в Королевский колледж Кембриджского университета. Здесь он с головой уходит в изучение латыни и древнегреческого, риторики, математики и философии. Но самой сильной страстью юного Гарвея становится медицина. Он штудирует труды Гиппократа и Галена, присутствует на анатомических демонстрациях, где преподаватели вскрывают тела казнённых преступников. За особые успехи в учёбе он даже получает стипендию по медицине (учреждённую в своё время архиепископом Кентерберийским). В итоге, получив степень бакалавра, Уильям покидает Кембридж и отправляется, по обычаям того времени, в пятилетнее путешествие. Маршрут странствий вначале приводит его в Германию, затем – во Францию, а в итоге – в Падую, где при местном университете работает сильнейшая по тем временам медицинская школа. На будущие открытия Гарвея повлияет Джироламо Фабрицио д’Аквапенденте, профессор кафедры хирургии, а затем кафедры анатомии и эмбриологии. Именно от него пилигрим из Кембриджа узнает о венозных клапанах, задумавшись об их назначении в теле человека. Здесь, в Падуанском университете, 25 апреля 1602 г., Уильям Гарвей получит степень доктора медицины и вернётся в Лондон. Сдав экзамены в Коллегии врачей, он избирается в 1604 году её членом, получает лицензию на врачебную практику, а пять лет спустя становится врачом в больнице Святого Варфоломея, где проработает (несмотря на активную частную практику и собственные медицинские эксперименты) около 20 лет.

Может показаться, что Гарвей – карьерист. Его можно поставить в пример тем, кто пытается поудобнее устроиться в жизни, заводя выгодные знакомства и связи в обществе. Имея два университетских диплома, он становится популярным врачом не только в Лондоне. Благодаря дружбе с известным нам Френсисом Бэконом в 1623 г. он получает место придворного врача короля Якова I. В дальнейшем, когда на троне воссядет молодой Карл І, Гарвей останется на этой выгодной должности и даже «пойдёт на повышение»: с 1625 г. он назначается почётным медиком при королевском дворе. Но сэру Уильяму карьера нужна не как цель, а как средство: его по-прежнему больше всего привлекает наука. Подробности не для брезгливых: он вскрывает кошек и собак, препарирует трупы людей. Делая это, он исследует артерии и вены, вскрывает сердце, чтобы как следует рассмотреть желудочки и предсердия. Объясняя мотивы, которыми он движим, Гарвей говорит: «Меня всегда увлекало изучение строения животных, и я надеялся таким образом не только заглянуть в маленькие тайны природы, но и уловить образ или отражение Самого всемогущего Творца».

Со временем учёный находит ответы на вопросы о строении кровеносной системы, понимая, однако, что высказывать их публично – небезопасно: отклонения от взглядов Аристотеля и Клавдия Галена (согласно которым кровь образуется в печени из пищи и движется по венам, слепо заканчивающимся в органах) в то время не только не допускались, но и сурово наказывались. Тем не менее, возглавив в 1616 г. кафедру анатомии и хирургии в коллегии врачей, Гарвей высказывает там свои взгляды на непрерывную циркуляцию крови в организме благодаря сердцу, которое играет роль своеобразного насоса. Движение крови в организме, согласно Гарвею, происходит по двум кругам – большому (от сердца к голове и всем органам, а от них обратно, к сердцу) и малому (от сердца к лёгким и обратно). От сердца кровь движется по артериям (сначала по крупным, а затем по меньшим). А возвращается кровь обратно к сердцу уже по венам. Впрочем, как кровь из артерий  попадает в вены, учёный до конца не понимает. Догадываясь, что ответ нужно искать там, где находятся мельчайшие разветвления вен и артерий, он так и не нашёл  капилляры – микроскопические сосуды, отвечающие за этот процесс. Лишь в 1661 г. (после смерти Гарвея), вооружившись 180-кратным микроскопом, их обнаружит итальянский учёный Марчелло Мальпиги.

Итоги своих почти тридцатилетних поисков Гарвей описывает в небольшой книге «Анатомическое исследование о движении сердца и крови у животных». Соблюдая своеобразную «конспирацию», он издаёт её в Германии, чтобы избежать неприятностей в родной Англии. Однако стоило книге попасть в руки учёных и практикующих врачей, на сэра Уильяма обрушился шквал критики. Коллеги называют его шарлатаном и строчат жалобы самому королю (благо, у того хватило ума не реагировать на них). Больные отказываются от его услуг. В общем, новое в науке требовало жертвы, а стать ею суждено было Гарвею. Лишь под конец его жизни страсти, наконец, улеглись, и пришло долгожданное признание правоты и ценности сделанных им открытий.

Последние годы своей жизни учёный посвящает эмбриологии. Суммируя свой опыт в этой области, он издаёт в 1651 г. свою вторую книгу – «Исследования о рождении животных». Главная идея этого научного труда – «Все живое из яйца!». Гарвей убеждён, что все животные, включая млекопитающих, развиваются из яйца. К слову, в этой же книге Гарвей заявляет: «Мы сознаём, что Бог, Высший и Всемогущий Творец, участвует в создании всех животных, и все творения – это перст Самого Бога, указывающий на Его существование. Поистине, всё сущее задумано и упорядочено единым Промыслом, божественной мудростью и восхитительным, непостижимым умением. И никому иному нельзя приписать эти качества, как только Всемогущему».

Годы берут своё и, чувствуя их бремя, Гарвей удаляется от дел и живёт уединённо. Коллегия врачей желает видеть его своим президентом, но он отказывается, ссылаясь на уже немолодой возраст. А 3 июня 1657 г., проснувшись, Гарвей обнаруживает, что у него отнялась речь. Понимая, что его земное путешествие подошло к концу, он просто попрощался с близкими, вручил каждому из них по небольшому подарку и спокойно умер.