• Статьи
  • Вопросы и ответы
  • Обучение
  • Библиотека
  • ENG
  • Вы находитесь: » » ГОЛОВИН, С. Л. - "Неформальные логические ошибки в рассуждении"

    ГОЛОВИН, С. Л. - "Неформальные логические ошибки в рассуждении"

    0 405
    Все статьи автора: Головин С.Л.

    Неформальные логические ошибки в рассуждении 

        

    Данная статья может рассматриваться как приложение к разделу «Рассуждение» пособия «Основы логики. Пособие для верующих и неверующих» [1], посвященное обзору наиболее распространенных неформальных логических ошибок. Некоторые неформальные логические ошибки были рассмотрены в Пособии. Однако представляется целесообразным расширить список рассматриваемых неформальных логических ошибок, систематизировав их в соответствии с подходом, принятым в работе [2], ориентированным на практическую апологетику классификации неформальных логических ошибок, и лучшее запоминание их разновидностей. По сути, настоящая статья является альтернативной версией раздела 4.4. Пособия [1]. Для связности изложения в статью включены отдельные фрагменты других разделов Пособия.

          Выражаю особую благодарность соавтору Пособия [1] Алексею Паничу, который несмотря на несогласие с практикуемым здесь подходом и отдельными положениями статьи, любезно позволил использовать в статье фрагменты пособия, а также сделал ряд замечаний, весьма полезных для ее написания.

    Логической ошибкой называют рассуждение, в котором вывод не следует из посылок. При этом и посылки, и сам вывод могут быть как истинными, так и ложными. Таким образом, понятие логической ошибки указывает не на истинность или ложность суждений, а на нарушение логической связности в рассуждении. Так, умозаключение

    Все визиготы пернаты
    Чебурашка – визигот
    Следовательно, Чебурашка пернат

    логически безошибочно. Хотя фактическая истинность предпосылок и вывода сомнительна, именно такой вывод непосредственно следует из данных предпосылок. С другой стороны, в рассуждении

    Человек – млекопитающее
    Для человека естественно стремление к счастью
    Следовательно, все люди – братья

    допущена логическая ошибка: хотя и предпосылки, и вывод в определенном смысле истинны, данный вывод из данных предпосылок не следует.

    Различают формальные и неформальные логические ошибки.

    Формальные логические ошибки являются результатом нарушения логических законов, правил определения и деления понятий, правил построения суждений, правил умозаключений.

    Тем не менее, на практике зачастую приходится иметь дело с неформальными логическими ошибками. В конечном итоге, любая неформальная логическая ошибка таит в себе нарушение общепризнанных принципов логики, и может быть сведена к одной или нескольким завуалированным формальным ошибкам. Но поскольку крайне важно уметь своевременно распознавать неформальные логические ошибки, из чисто практических соображений имеет смысл рассмотреть и систематизировать их непосредственно.

    Неформальные логические ошибки возникают при рассуждении тогда, когда в приводимом для обоснования тезиса доводе используется что-либо неясное, недоказанное или вовсе не имеющее отношения к обосновываемому тезису. В соответствии с этим неформальные ошибки можно разделить для практического удобства на три категории: ошибки неясности, ошибки допущения и ошибки неуместности.

    Ошибки неясности предполагают неясность в рассуждении – наличие чего-либо неоднозначного, нечеткого или расплывчатого в употребляемых словах или в способе выражения.
    Ошибки допущения возникают, когда для обоснования тезиса используются необоснованные или недоказанные суждения.
    Ошибки неуместности – когда вывод не имеет какой-либо логической связи как минимум с одной из посылок.

    1. Ошибки  неясности

    1.1. Подмена понятия – ошибка, возникающая при изменении значения слов в ходе рассуждения. Эта ошибка предполагает непосредственное нарушение логического закона тождества, в резуль­та­те чего мы фактичес­ки рассуж­даем сразу о нескольких предме­тах, смешивая их между собой, хотя кажется, что мы рассуждаем об одном и том же.

    Пример 1. Если на вопрос «Верите ли вы в Бога?» ваш собеседник отвечает: «Конечно верю, Бог – Он Один для всех», не торопитесь видеть в нем своего единомышленника (тем более – единомышленника «всех»!), прежде чем Вы и он определились, что подразумевается под словом «Бог». Бесполезно спорить о Божьих атрибутах прежде, чем вы установили, какой смысл ваш оппонент вкладывает в это слово. Имеет ли он в виду библейского Творца? Или – некий вселенский разум? Или – гипотетическую космическую силу? Или – абстрактную безличную первопричину? Если ваши фундаментальные определения не совпадают, бессмысленно добиваться согласия в деталях: даже если вы сойдетесь в высказываниях, за ними будут стоять разные идеи. 

    При­мер 2. Нередко приходится сталкиваться со следующей цепью рассуждений:

                - Звезды эволюционируют
                - Следовательно, мир эволюционирует
                - Следовательно, человек произошел от обезьяны

    Здесь на первом этапе рассуждения совершается подмена понятия, а на втором происходит логический «скачок». Действительно: в первом случае под термином «эволюция» подразумеваются реально наблюдаемые изменения во времени: в полном соответствии с законами физики,  голубые звезды, сгорая, превращаются в красные гиганты; те, остывая, становятся белыми карликами, которые взрываются сверхновыми, прекращая свое существование. Но все это – естественные процессы распада неживой материи, не имеющие ничего общего с идеей естественного прогресса материального мира, с которой связано понимание эволюции во втором утверждении. А из самого по себе тезиса «мир эволюционирует» вовсе не следует какая-то определенная версия происхождения человека (в том числе и «от обезьяны»), о чем идет речь в третьем утверждении.

    «Эволюция» вообще относится к числу тех терминов, которыми наиболее часто манипулируют в наши дни, одновременно приписывая ему принципиально разные значения:

    а) Происхождение
    б) Естественный прогресс
    в) Видообразование
    - макроэволюция (в1)
    - микроэволюция (в2)
    г) Теория Дарвина
    д) Изменения во времени

    Под (в2) понимается реально наблюдаемое видообразование в рамках сингамеона (syngameon – так в генетике называют объединение генетически связанных организмов, которые могут быть или не быть схожи мрофологически и могут относиться к различным родам в биологической классификации, но, по-видимому, относятся к одному сотворенному роду). Под (в1), в свою очередь, подразумевается гипотетическое прогрессивное видообразование, не ограниченное сингамеоном.

    Под (д) понимаются вообще любые изменения во времени, как связанные с (а), (б), (в) или (г), так и не связанные с ними вовсе. Например, реально наблюдаемая эволюция звезд относится к (д), но не имеет отношения ни к (а), ни к (б), ни к (в), ни к (г).

    При этом необходимо помнить, что:

    (а) и (б) - вопросы не естественнонаучные, а философские (метафизические, космогонические)
    (б) противоречит фундаментальным законам природы
    (в1) и (г) – умозрительные концепции, основанные на (б)

    К тому же, в отношении (а) не существует натуралистических объяснений происхождению:

       - вселенной (пространства, времени, материи и энергии из их отсутствия)
       - жизни (живых организмов из неживой материи)
       - информации (нематериальной категории – в материальном мире)
       - сознания (мыслящих существ в неразумном мире)

    Следует также обратить внимание, что одним из постоянных источников недоразумения (неопределенности, подмены понятия), связанного с понятием «эволюция» является название книги Дарвина «Происхождение видов», подразумевающее, что речь в ней ведется об (а). На самом деле в книге приведен лишь ряд умозрительных предположений по (в), а весь представленный фактический материал сводится к частным аспектам (в2): примерам искусственного выведения селекционерами пород/рас внутри одного вида (в2'), и рассуждениям (опять же – чисто умозрительным) о том, как подобный процесс мог бы происходить в естественных условиях (в2"). В конечном счете все определяется религиозными/метафизическими верованиями по (б), и потому является круговой аргументацией: в доказательство (б) приводится интерпретация (в2') и (в2") в свете предпосылок (б).

    Также стоит помнить, что (г) принимает в расчет исключительно морфологические (внешние) признаки. Возможно, Дарвин и его непосредственные адепты и знали о трудах их современника Менделя, но нигде об этом не упоминается. Генетика была врагом дарвинизма от самого их зарождения.

    Кроме того, бессмысленно говорить о (г) вне контекста уже существующих живых организмов. Даже если и не обращать внимание на тавтологичность «позаимствованной» Дарвином у Уоллеса магической формулы «выживание наиболее приспособленного», к неживой природе она не применима.

    Библия признает (в2) и (д). И только они реально наблюдаемы. Библейское понятие сотворенного рода (барамин) сопоставимо с генетическим понятием «сингамеон». В традиционной таксономии (сформировавшейся до возникновения генетики и основанной исключительно на морфологических признаках) к нему ближе всего таксономическая категория «семейство». Таким образом, в то время как (г) говорит о едином эволюционном древе, Библия утверждает существование эволюционного леса, где каждое дерево – отдельный барамин.

    Только избегая логической ошибки подмены понятий можно достичь ясности в дискуссиях об эволюции. Практика показывает, что порой даже в дискуссиях приходится накладывать табу на слово «эволюция», призывая оппонента прямо говорить, что он имеет в виду: то ли происхождение, то ли изменения во времени, то ли видообразование, то ли прогресс, то ли появление каких-либо новых свойств. Чем больше смысловых значений имеет слово, тем меньше от него проку в конкретном рассуждении. Множество значений в этом случае равносильно отсутствию значения.

    Примером «подмены понятия» может служить и «народная доктрина» «не согрешишь – не покаешься», а также ее продолжение «не покаешься – не спасешься». «Грех» в одном случае означает разделение с Богом, в другом – проступок; «каяться» в одном случае означает обращение к Богу (без которого «не спасешься»), в другом – исповедание проступков. Именно такую подмену понятия и разоблачает апостол в приведенном в этой связи тексте Римлянам 6:1-15.

    1.2. Подмена тезиса. Сущность этой ошибки в том, что в ходе доказательства умышленно или неумышленно меняют смысл доказываемого тезиса. В результате доказательство относится к одному утверждению, а кажется, что оно относится к другому. Хитрые спорщики иногда используют подмену тезиса сознательно как полемический прием, и в ходе доказательства своего тезиса, и в ходе опровержения чужого.

    Именно такую «уловку» применили члены синедриона, пытаясь выдвинуть какое-либо обвинительное заключение против Иисуса: «И сказали все: итак, Ты Сын Божий? Он отвечал им: вы говорите, что Я. Они же сказали: какое еще нужно нам свидетельство? ибо мы сами слышали из уст Его» (От Луки 22:70,71).

    От повторения этой же ошибки вслед за «братиями» предостерегает своих читателей евангелист Иоанн: «Иисус говорит ему: если Я хочу, чтобы он пребыл, пока приду, что тебе до того? ты иди за Мною. И пронеслось это слово между братиями, что ученик тот не умрет. Но Иисус не сказал ему, что не умрет, но: если Я хочу, чтобы он пребыл, пока приду, что тебе до того?» (От Иоанна 21:22,23).

    Крайним проявлением подмены тезиса явля­ет­ся так называемая «утрата тезиса», когда в ходе рассуждения человек вообще «забывает» о своем первоначальном тезисе и вместо него предла­га­ет для доказательства или опровержения другой, доказать или опровергнуть который значительно проще. В случае удачи человек при этом добивается впечатления победы в споре, незаметно поменяв сущность этого спора. Интересен пример, как к этой уловке прибегает апостол Павел, когда понимает, что членам Синедриона нет дела до провозглашаемой им истины – они защищают исключительно собственные политические интересы: «Узнав же Павел, что тут одна часть саддукеев, а другая фарисеев, возгласил в синедрионе: мужи братия! я фарисей, сын фарисея; за чаяние воскресения мертвых меня судят. Когда же он сказал это, произошла распря между фарисеями и саддукеями, и собрание разделилось. Ибо саддукеи говорят, что нет воскресения, ни Ангела, ни духа; а фарисеи признают и то и другое» (Деяния 23:6-8).

    1.3.«Техасский снайпер». Такое название получила наивысшая форма утраты тезиса – когда тезисом объявляется любой вывод, к которому приводят рассуждения. Как метко охарактеризовал такой подход Мишель де Монтень (1633-1592), «Не достигнув желаемого, они сделали вид, что желали достигнутого» («Опыты»).

    Эта ошибка получила свое название по истории, когда перегонявшие Техасом скот ковбои увидели амбар, изрисованный мишенями, и в самом центре каждой зияло пулевое отверстие. Причем, по форме и размерам отверстий можно было судить, что стрельба велась с довольно приличного расстояния. «Кто это у вас такой меткий», – спросили они у трудившегося поблизости мальчика-раба. «Это мой хозяин, сэр, – ответил тот. – Он всякий раз, как напьется, палит по амбару. А поутру, протрезвев, рисует вокруг прострелянных дыр мишени.

    Льюис Кэролл описал результативность такой аргументации следующим образом: «В правильности своего диагноза вы столь же уверены, как та мудрая мать, которая говорит няне: «Мэри, поднимитесь, пожалуйста, в детскую, посмотрите, что делает малыш и скажите ему, чтобы он этого не делал!»» («Игра в логику»)

    1.4. Двусмысленность сродни ошибкам подмены понятия и подмены тезиса, но в этом случае вместо подмены одного понятия другим, умышленно используется тезис или понятие, употребляемые в нескольких смыслах одновременно. Так, двусмысленным оказалось решение Первого Вселенского Собора (Никея, 325), когда под одной и той же формулировкой одно богословское крыло понимало «единосущность» Отца и Сына, другая – Их «подобосущность». В результате мы до сих пор пожинаем плоды этой двусмысленности в виде существования нео-арианских религиозных течений.

    Тем не менее, двусмысленность является вполне приемлемой фигурой речи в случае, когда оба значения не являются взаимоисключающими и могут быть истинными одновременно. Вот уж – подлинная «головная боль» для толкователей Писания, и, в частности, для переводчиков! Подобными построениями изобилует Евангелие от Иоанна. В особенности – третья глава, где приводится беседа Иисуса с Никодимом. «Иисус сказал ему в ответ: истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится <свыше/заново>, не может увидеть Царствия Божия» (От Иоанна 3:3). Никодим явно видит в этом суждении не тот же смысл, что сегодняшний «более духовный» читатель: «Никодим говорит Ему: как может человек родиться, будучи стар? неужели может он в другой раз войти в утробу матери своей и родиться?» (3:4). Дальше же толкователю/переводчику приходится еще труднее: «Не удивляйся тому, что Я сказал тебе: должно вам родиться <свыше/заново>. <Дух дышит / ветер дует>, где хочет, и голос его слышишь, а не знаешь, откуда приходит и куда уходит: так бывает со всяким, рожденным от Духа» (3:7,8). Иисус проводит аналогию между действием Духа и дуновением ветра – другим внешне невидимым, но распознаваемым по результату действием, которое на языке оригинала выражается тем же самым словосочетанием!

    При определенных условиях изначально намеренная двусмысленность может восприниматься как логическая ошибка оппонентами: «Пилат же написал и надпись, и поставил на кресте. Написано было: Иисус Назорей, Царь Иудейский… Первосвященники же Иудейские сказали Пилату: не пиши: Царь Иудейский, но что Он говорил: Я Царь Иудейский. Пилат отвечал: что я написал, то написал» (Ин 19:19,21-22). Наместник, которого первосвященники вынудили осудить невиновного, заявляет свое «особое мнение» в виде столь необычного обвинительного заключения, резервируя второй смысл для защиты себя от обвинений во враждебности кесарю (19:12), но и внести «прояснение» отказывается, в то время как первосвященники считают надпись ошибочной.

    1.5. Смещение фокуса. Данная ошибка характерна для случаев, когда при обосновании тезиса внимание обращено на несущественные признаки, в то время как принципиальные аспекты остаются вне рассмотрения. Например, для некоторых фарисеев наиболее существенным признаком, занимавшим всё их внимание, оказалось предполагаемое несоблюдение Иисусом заповеди о субботе: «Тогда некоторые из фарисеев говорили: не от Бога Этот Человек, потому что не хранит субботы. Другие говорили: как может человек грешный творить такие чудеса? И была между ними распря» (От Иоанна 9:16). Они абсолютизировали святость субботы, и в результате непосредственные проявления Божественной силы, указывающие на Господина субботы, для них оказались менее важными.

    1.6. Ошибка объединения сводит свойства системы к совокупности свойств всех или отдельных составляющих ее частей:

    Все слоны состоят из атомов
    Все атомы легкие и невидимы невооруженным глазом
    Следовательно, все слоны легкие и невидимы невооруженным глазом

    Данная ошибка наиболее широко распространилась в последнее время в виде философии методологического редукционизма – принципа, согласно которому сложные явления могут быть полностью объяснены свойствами более простых явлений. Например – существование вселенной объясняется физическими свойствами составляющих её объектов, а социологические явления объясняются биологическими или экономическими законами.

    Другим примером такой ошибки является синтетическая теория эволюции, распространяющая реально наблюдаемые внутривидовые изменения (микроэволюция) на гипотетическое происхождение высших животных форм из низших (макроэволюция). 

    1.7. Ошибка разделения является прямой противоположностью ошибки объединения и присваивает частям свойства составляемого ими целого, например:

    Церковь – непорочная невеста Христова
    Следовательно, все ее служители (да и все члены) непорочны

    или

    Люди обладают сознанием
    Люди состоят из атомов
    Следовательно, атомы обладают сознанием

    При кажущейся наивности таких выводов, люди строят целые культы и системы на их основании. Так, либеральный богослов и антрополог-эволюционист Тейяр де Шарден (1881-1955) разработал новый философский подход к эволюции. Подобно тому, как некогда Энгельс приложил гегелевские законы диалектики к материалистической философии (чем окончательно запутал материалистов, ибо, если материя первична, почему она должна подчиняться законам развития идей?), Шарден стал толковать, а затем и развивать в узко-материалистическом смысле идеи Анри Бергсона (1859-1941). В итоге Шарден (кстати, — дальний отпрыск Вольтера) объявил об открытии «всеобщего» закона: закона усложнения, подчиняясь которому, преджизнь (потрясающий эвфемизм, обозначающий неживую материю), имея врожденную тенденцию к психическому давлению строительства и подчиняясь непреодолимому стремлению к высшему развитию, сама по себе самоорганизуется в жизнь (чего, правда, наблюдать никому почему-то не довелось). Живая же материя безудержно преобразуется в мыслящую, подвергаясь церебрализации и цефализации (под мыслящей материей подразумеваемся мы с вами). Но этим дело не кончается. Коллективный разум всех людей неизбежно должен слиться в единое целое, преобразовав уже существующую биосферу в ноосферу — сферу разума. Все человеческие культуры и религии, по мнению де Шардена, должны были слиться в единой точке Омега, которую автор отождествлял со Христом. Дарвиновская эволюция предполагалась тем самым механизмом, через который этот «закон» осуществляется. Таким образом выходит, что  «врожденная тенденция к психическому давлению строительства» и безудержное стремление к обретению сознания присущи материи даже в самых ее примитивных формах. Причем, эти концепции представлены как истинно христианское учение [3].

    1.8. «Золотая середина». Как говаривал Уинстон Черчилль (1874-1965), «Компромисс – это решение, в равной степени не устраивающее обе стороны». Но компромисс сам по себе ошибкой не является. Ошибка возникает, когда искусственно определяют нечто среднее между позициями двух сторон, и выдают результат за компромисс. Например, на возмущенное отверждение «Разве может такой аморальный человек, как профессор Растропыжин преподавать этику? У него же две любовницы!», дается ответ: «Тогда пусть этику преподает профессор Шнуропупин – у него любовница только одна».

    Именно к этой уловке прибегает царь Соломон, решая поставленную перед ним задачу «от противного»:

    «Тогда пришли две женщины блудницы к царю и стали пред ним. И сказала одна женщина: о, господин мой! я и эта женщина живем в одном доме; и я родила при ней в этом доме; на третий день после того, как я родила, родила и эта женщина; и были мы вместе, и в доме никого постороннего с нами не было; только мы две были в доме; и умер сын этой женщины ночью, ибо она заспала его; и встала она ночью, и взяла сына моего от меня, когда я, раба твоя, спала, и положила его к своей груди, а своего мертвого сына положила к моей груди; утром я встала, чтобы покормить сына моего, и вот, он был мертвый; а когда я всмотрелась в него утром, то это был не мой сын, которого я родила. И сказала другая женщина: нет, мой сын живой, а твой сын мертвый. А та говорила ей: нет, твой сын мертвый, а мой живой. И говорили они так пред царем. И сказал царь: эта говорит: мой сын живой, а твой сын мертвый; а та говорит: нет, твой сын мертвый, а мой сын живой. И сказал царь: подайте мне меч. И принесли меч к царю. И сказал царь: рассеките живое дитя надвое и отдайте половину одной и половину другой. И отвечала та женщина, которой сын был живой, царю, ибо взволновалась вся внутренность ее от жалости к сыну своему: о, господин мой! отдайте ей этого ребенка живого и не умерщвляйте его. А другая говорила: пусть же не будет ни мне, ни тебе, рубите. И отвечал царь и сказал: отдайте этой живое дитя, и не умерщвляйте его: она – его мать» (3 Царств 3:16-27). В разрешении проблемы мудрый Соломон на практике прибегает к reductio ad absurdum: выход из спора, абсурдный по сути, но формально удовлетворяющий в равной мере оба тезиса (утверждения каждой женщины «этот ребенок мой»), приемлем для постороннего человека, но для родной матери немыслим – что и подсказывает Соломону правильное решение.

    1.9. Персонификация – это приписывание абстрактному понятию конкретных личностных свойств.

    Сама по себе персонификация – вполне правомерный литературный прием, неоднократно используемый в Писании: «У дверей грех лежит; он влечет тебя к себе» (Бытие 4:7); «Премудрость возглашает на улице, на площадях возвышает голос свой, в главных местах собраний проповедует, при входах в городские ворота говорит речь свою» (Притчи 1:20-21); и т.п. Однако это не даёт нам или нашим оппонентам права использовать персонификацию для обоснования своих доводов фразами типа «среда выбирает наиболее приспособленные к ней особи» или «наука утверждает, что…». Среда и наука – абстрактные безличные понятия. Среда не обладает волей и свободой, необходимыми для выбора, а наука ничего не может утверждать – утверждать нечто могут конкретные ученые, но их мнения не является утверждениями самой науки. 

    2. Ошибки допущения

    2.1. Поспешное или чрезмерное обобщение. Это – типичная ошибка индуктивного умозаключения, когда предполагаются, что нам известны все возможные варианты обсуждаемого.

    Так, молодой христианин, еще не знакомый с Ветхим Заветом, приобрел учебное издание Библии с приложениями. Листая справочный раздел, он увидел хронологическую таблицу правления двенадцати судей израилевых, упоминаемых в Книге Судей (Гофониил, Аод, Самгар, Варак, Гедеон, Фола, Иаир, Иеффай, Есевон, Елон, Авдон, Самсон). Он сделал три вывода: среди судей израилевых нет (А) женщин, (В) священников и (С) пророков. Правилен ли этот вывод? Читая саму Книгу Судей, юноша неизбежно обратит внимание на ложность вывода А: Варак судил Израиль вдвоём с Деворой. Продолжив же изучать Писание, он вскоре убедится в ложности как вывода В (первосвященник Илий был судьею Израиля сорок лет – 1 Царств 4:18) так и С (пророк Самуил был над Израилем судьей, пока насаждаемая им семейственность не подтолкнула Израиль к переходу от теократии к монархии – 1 Царств 8:1-5).

    Другим примером поспешного обобщения служат слова «наглых ругателей», приводимые апостолом Петром: «Где обетование пришествия Его? Ибо с тех пор, как стали умирать отцы, от начала творения, все остается так же» (2 Петра 3:4).

    2.2. Порочный круг в доказательстве. Эта ошибка заключается в том, что для до­ка­зательства тезиса исполь­зу­ются аргументы, истинность которых можно дока­зать только предположив истинность тезиса.

    Пример.

    - Всевышний ежедневно разговаривает с нашим раввином.
    - Откуда ты знаешь?
    - Раввин рассказал!
    - А он не обманывает?
    - Разве может обманывать человек, с которым каждый день разговаривает Всевышний?

    Как комично ни звучал бы этот диалог, именно так зачастую благовестники пытаются убедить своих собеседников:  

    - Верьте Библии!
    - Почему?
    - Потому что это – Божье слово.
    - Откуда ты это взял?
    - Так написано в Библии!
    - А почему я должен верить тому, что написано в Библии?
    - Потому что это – Божье слово!

    Мы можем долго уговаривать самих себя подобными рассуждениями, но вдумчивого собеседника такое рассуждение вряд ли убедит. Мы доказываем лишь то, что сами же взяли за исходную посылку. Слава Богу, Он не оставил нас без внешних подтверждений истинности Писания, к которым относятся свидетельства философии, науки, истории, археологии, этики, исполнившихся пророчеств, текстуального единства и проч. Достоверность Библии, как надежного источника информации, которую мы можем подвергнуть проверке, свидетельствует о ее божественном происхождении (см. наприм. [4], [5]). Впрочем, это уже область апологетики, где логика перестает быть предметом изучения, становясь эффективным рабочим инструментом.

    Частными случаями порочного круга в доказательстве являются тавтология, предвзятый эпитет и составной вопрос.

    2.2.1. Тавтология – наикратчайшая разновидность рассуждения по кругу. Мы лишь повторяем то же самое другими словами. Пример – классическая уоллесовская сентенция («позаимствованная» у него Дарвином): «выживают наиболее приспособленные». Поскольку «наиболее приспособленные» и есть, по определению, «те, кто выживет», это утверждение не несет абсолютно никакой информации и не может быть использовано для доказательства чего бы то ни было. Впоследствии в каждом конкретном случае мы можем находить объяснение, почему выжили именно те или другие особи – самые крупные или самые мелкие, самые бесстрашные или самые робкие, раскрашенные наиболее вызывающе или наиболее неприметно. Но исключительно факт выживания является единственным существенным критерием наибольшей приспособленности.

    Следует также заметить, что ключевое понятие эволюционной биологии «приспосабливаемость» граничит с персонификацией, поскольку в неявном виде предполагает целенаправленность процесса. По этой самой причине «бойцовский пёс Дарвина» Гексли постоянно требовал от корифея замены данного термина каким-либо другим, поскольку нужда была именно в теории, отвергающей наличие разумного замысла в природе, и приписывающей видообразование случайным процессам. Но Уоллес другого термина не изобрел, а сам Дарвин так и не смог предложить какого-либо варианта. 

    2.2.2. Предвзятый эпитет подразумевает использование эмоционально или этически заряженной лексики в поддержку логически недоказанного вывода. Это может быть слово или фраза, заведомо содержащие обидную, враждебную или презрительную оценку. Например, серебряных дел мастер Димитрий сообщает своим коллегам: «Не только в Ефесе, но почти во всей Асии этот Павел своими убеждениями совратил немалое число людей, говоря, что делаемые руками человеческими не суть боги» (Деяния 19:26). Эмоционально заряженный глагол «совратил» не оставляет слушателям возможности предположить, что Павел на самом деле никого не совращал, а наоборот наставил всех обращаемых на истинный путь.

    Аналогичным образом, первосвященники и фарисеи, пришедшие к Пилату «на другой день, который следует за пятницею», «говорили: господин! Мы вспомнили, что обманщик тот, еще будучи в живых, сказал: после трех дней воскресну; итак прикажи охранять гроб до третьего дня, чтобы ученики Его, придя ночью, не украли Его и не сказали народу: воскрес из мертвых; и будет последний обман хуже первого» (От Матфея 27:62-64). Три дня еще не прошло, и потому никакого повода называть Казненного обманщиком еще не было. Правдой были Его слова или обманом, – выяснится лишь по истечении указанного срока.

    2.2.3. Составной вопрос. Ответьте, пожалуйста, без лукавства, «да» или «нет»: припоминаете ли вы случаи, когда напивались до беспамятства?

    Вопрос составлен таким образом, что предполагает определенный вывод (т.е. что вы напивались до беспамятства), вне зависимости от того, ответите ли Вы «да» или «нет» (т.е. помните ли вы об этом или нет). В состав основного вопроса включен другой (поэтому он и называется составным), ответ на который предполагается уже полученным. Вариантов подобного «трюка» – множество:

    «Вы все еще бьете свою мать? Да или нет?»
    «Значит, вы больше не принимаете участия в деятельности вооруженных преступных формирований и террористических организаций?»
    «Какую из взаимоисключающих историй о сотворении мира вы признаете – ту, что в Первой, или ту, что во Второй главах Книги Бытия?».
    И т.д.

    2.3. Переопределение. Эту ошибку еще называют «метод Шалтай-Болтай», имея в виду персонаж из «Алисы в Зазеркалье»:

    – Когда я беру слово, оно означает то, что я хочу, не больше и не меньше, – сказал Шалтай презрительно.
    – Вопрос в том, подчинится ли оно вам, – сказала Алиса.
    – Вопрос в том, кто из нас здесь хозяин, – сказал Шалтай-Болтай. – Вот в чем вопрос!

    Однако, суть данной ошибки не в приверженности кэролловского героя проповедуемым им идеям философского номинализма, и даже не в произвольном изменении содержания понятия (в этом случае мы имели бы дело с ошибкой «подмена понятия»). При переопределении меняется объем понятия путем произвольного введения каких-либо дополнительных признаков.

    Например, некто утверждает: «Христианки не носят джинсы».
    Вы же возражаете на это: «А как же Пелагея Эдуардовна? Она христианка, и носит джинсы?».
    «Настоящие христианки не носят джинсы», – тут же парирует блюститель нравов (ироничность последнего словосочетания – еще один пример предвзятого эпитета). 

    Расхожий вариант этого аргумента таков:

    – Ни один ученый не верит в библейское описание сотворения мира.
    – Но на сайте Научно-апологетического центра приведен список выдающихся ученых, веривших в библейское описание сотворения мира [6].
    – Да, но ни один здравомыслящий ученый не верит в библейское описание сотворения мира.

    2.4. Особые условия. Эта ошибка предполагает изменение критериев с целью показать неприменимость общих правил к конкретной ситуации. Ее примером может удобная позиция короля из сказки Антутана Экзюпери «Маленький принц»:

    – И звезды вам повинуются? – спросил Маленький принц.
    – Ну конечно, – отвечал король. – Звезды повинуются мгновенно. Я не терплю непослушания…
    – Мне хотелось бы поглядеть на заход солнца… Пожалуйста, сделайте милость, повелите солнцу закатиться…
    – Будет тебе и заход солнца. Я потребую, чтобы солнце зашло. Но сперва дождусь благоприятных условий, ибо в этом и состоит мудрость правителя.

    С подобной аргументацией приходится порой сталкиваться и в церкви, когда кто-либо, скажем, заявляет: «У меня есть дар воскрешения мертвых! Но для этого у каждого из присутствующих должно быть достаточно веры». В итоге, когда воскрешения не происходит, виноват в этом оказывается кто-либо из присутствовавших, которому и приписывается недостаток веры. 

    2.5. Ложная альтернатива предполагает допущение, что существуют только две взаимоисключающие возможности, в то время как возможностей либо больше двух, либо они не являются взаимоисключающими.

    Мы часто сталкиваемся с этой проблемой, стремясь упростить ситуацию через сведение ее к двум крайностям. Так, «Иисус, находясь близ Иерихона, взглянул, и видит, и вот стоит пред ним человек, и в руке его обнаженный меч. Иисус подошел к нему и сказал ему: наш ли ты, или из неприятелей наших? Он сказал: нет; я вождь воинства Господня» (Иисус Навин 5:13,14). Согласитесь, «нет» – неожиданный ответ на вопрос типа «или-или».

    Так же, после всего отрицательного, что мы слышали о фарисеях, может показаться обоснованным утверждение, что человек может быть либо последователем Иисуса, либо фарисеем. Однако нам известно, что, к примеру, Иосиф Аримафейский и Никодим были одновременно и фарисеями, и учениками Иисуса. Сам апостол Павел продолжал считать себя последователем фарисейского учения (Филиппийцам 3:5), и соблюдать обеты (Деяния 8:18).

    К уловке ложной альтернативы постоянно прибегали противники Иисуса, пытаясь поймать Его в ловушку и ставя Учителя перед необходимостью выбора: что нарушить – Закон Моисеев или законы государственные? Например, побить блудницу камнями или отпустить ее? Платить налоги безбожному правителю, или отдавать их храму?

    2.6. Подмена обусловленного безусловным. Эта ошибка заключается в том, что по ходу доказательства мы «отрываем» тезис или аргумент от тех условий, кото­рые определяли его истинность.

    Например, сатана, искушая Иисуса «говорит Ему: если Ты Сын Божий, бросься вниз, ибо написано: Ангелам Своим заповедает о Тебе, и на руках понесут Тебя, да не преткнешься о камень ногою Твоею» (От Матфея 4:6). Обнаруживая хорошее знание Ветхого Завета, лукавый цитирует девяностый Псалом (Псалтирь 90:11-12), в котором речь идет о «живущем под кровом Всевышнего» (Псалтирь 90:1). Однако можно ли считать «живущим под кровом Всевышнего» человека, который нарушает другие заповеди Божьи? Конечно же, нет – о чем и напоминает Иисус дьяволу: «Иисус сказал ему: написано также: не искушай Господа Бога твоего» (От Матфея 4:7). Иисус ссылается здесь на заповедь Божью (Второзаконие 6:16), о которой дьяволу, конечно, тоже было прекрасно известно. Но, как искуситель и лжец, лукавый намеренно умалчивает о ней. Тем самым он превращает сказанное с условием (изречение девяностого Псалма относится только к «живущему под кровом Всевышнего») в «сказанное безусловно» – как будто Бог обязан спасать и тех, кто, искушая Его (и тем самым нарушая Его заповеди), намеренно и без нужды подвергает себя смертельной опасности.

    2.7. Подмена вероятного необходимым. В определенных случаях вывод, сделанный с соблюдением логических норм и требований, будет выводом только по вероятности. Так, опустевшая могила Иисуса не является доказательством его воскресения, а лишь говорит его о вероятности. Доказательством же являются свидетельства видевших Иисуса воскресшим – «более нежели пятистам братий в одно время» (1 Крринфянам 15:4-7).

    Если в ходе доказательства мы использовали вероятностный вывод, в дальнейшем мы уже не можем говорить о доказательстве тезиса как элемента нашего знания: все, что мы можем, это наилучшим образом обосновать свое мнение по поводу высказанного нами тезиса. Это не значит, что нам вообще следует избегать каких-либо рассуждений по вероятности: это значит лишь, что нам не следует путать одно с другим, чтобы не совершить указанной ошибки и не выдать наше мнение за знание.

    2.8. Мнимое следование. Эта ошибка возникает, когда в ходе доказательства человек делает вид, что все выводы делаются им строго по необходимости (это впечатление создают такие слова как «следовательно», «таким образом», «значит», «итак», и т.п.), тогда как на самом деле либо вывод здесь если и возможен, то только по вероятности, либо аргумент и вывод вообще никак логически не связаны друг с другом.

    Частным случаем мнимого следования является ошибка, которую древние римляне называли «post hoc ergo propter hoc» («после этого – значит, вследствие этого»). Такую ошибку совершают, думая, что если одно событие предшествовало другому, то, значит, первое из них и является причиной второго. Например, утверждается, что причиной распятие Христа стало Его предательство Иудой Искариотом. Однако Писание неоднократно и недвусмысленно заявляет, что на самом деле это произошло «по определенному совету и предведению Божию» (Деяния 2:23).

    С трюками в стиле  «post hoc ergo propter hoc» нередко приходится сталкиваться, имея дело с политической пропагандой. Например: «Благодаря Октябрьской революции человек полетел в космос». Действительно, Октябрьская революция предшествовала полету человека в космос; последовательность событий отражена правильно. Но является ли она причиной этого события? Полету человека в космос предшествовала еще и битва под Ватерлоо; можно ли считать ее еще одной причиной полета человека в космос? И почему тогда полетели в космос люди из стран, где Октябрьской революции не случилось? Политические системы приходят и уходят, а технический прогресс продолжается.

    2.9. Мнимое последствие («Скользкая дорожка») – утверждение, что признание позиции оппонента ведет к пагубным последствиям независимо от условий. Например: «Стоит разрешить сегодня христианкам носить джинсы, и со временем вам придется венчать в церкви однополые пары!».

    Или, – пример из Библии: «Этот Павел своими убеждениями совратил немалое число людей, говоря, что делаемые руками человеческими не суть боги. А это нам угрожает тем, что не только ремесло наше придет в презрение, но и храм великой богини Артемиды ничего не будет значить, и испровергнется величие той, которую почитает вся Асия и вселенная» (Деяния 19:26,27). Если Артемида – великая богиня, как может ее величие ниспровергнуто вызванным апостольской проповедью падением доходов, которые получают торговцы сувенирами?

    2.10. Корреляция вместо причины. Это еще одна ошибка, связанная с предполагаемыми  причинно-следственными связями. В этом случае за причину принимается корреляция (соответствие) взаимосвязанных факторов. Допустим, нам известно, что подающих на развод супружеских пар:

    40% конфликтовали из-за отношений с родителями
    60% конфликтовали из-за секса
    80% конфликтовали из-за денег
    100% вступили в брак

    Из этой статистики можно сделать кажущийся обоснованным вывод: основной причиной разводов является вступление в брак.

    2.11. Подмена признака. Эта ошибка характерна для аналогий. Достоверность аналогии всегда ограничена как признаком, по которому она проводится, так и степенью подобия по этому признаку. Например, шекспировский Гамлет, уподобляя облака различным животным, имел в виду их очертания, а не вид системы кровообращения или способ размножения. Впрочем, Полоний, скорее всего, соглашался бы с ним и в этом случае. Равно как современные Полонии от естествознания готовы согласиться с любой аналогией, проводимой их безумным принцем – дарвинизмом. Разочаровавшись в теории о том, что внешняя гомология (подобие) органов животных свидетельствует о родственных связях, они выдвинули «продвинутую» теорию химической гомологии, согласно которой о родственных связях свидетельствует подобие химического состава организмов. В соответствии с этим выходит, что облако уже может быть не просто похожим, скажем, на медузу внешне, но, поскольку их химический состав совпадает на 98% (Н2О), мы можем считать их на 98% родственниками.

    Рассматривая аналогию как иллюстрацию к аргументу, немаловажно помнить о тезисе, в поддержку которого приводится аргумент, и не упускать из виду тему дискуссии. Однако впадаем мы в это заблуждение довольно часто. Например, в случае притчи о сеятеле нам самим предоставляется определить значение проведенной аналогии (если хотите получить урожай – нужно готовить почву). Но мы, вслед за учениками, довольствуемся лишь разъяснением образов, на которых построена притча, и не идем далее.

    С другой стороны, в случае притчи о богаче и Лазаре, которая была рассказана по вполне конкретному поводу и имеет вполне конкретный вывод, соответствующий этому поводу, толкования доводится встречать самые разные – от рассуждений, притча ли это вообще, или же реальная история, до составления топографических карт загробного мира. Причем, «лоно Авраамово» оказывается там некой географической областью блаженства праведников, в то врем как выражение быть у кого-либо на лоне (на груди) всего лишь означало занимать почётное место за трапезой, по правую руку от главы стола (пищу в то время вкушали полулежа, облокотившись на левую руку, и голова возлежащего справа от вас была на уровне вашей груди). Так, один из учеников Господа «возлежал у груди Иисуса» во время прощальной трапезы (От Иоанна 13:23).

    Фабула истории, рассказанной Иисусом сребролюбивым фарисеям (От Луки 16:14), проста: тот, кто на земле почитал за удачу напитаться крошками, падающими со стола богача, умерев, попадает на пир (образ Царства Небесного), на самое почетное место – по правую руку от Авраама, главы пира.

    Но дело даже не в этом. В какой связи рассказывает Иисус эту притчу? Дискуссия с фарисеями возникла по поводу Закона и, в частности, развода (см. От Луки 16:18, подробнее суть этой дискуссии приводится у Матфея в 19:3-9). И что, разве Иисус говорит: «Что, мол, интересного вы нашли в Законе? Давайте я вам лучше по загробный мир расскажу»? Ничего подобного! Он рассказывает им притчу о Законе, отталкиваясь от вполне конкретного заявления: «Скорее небо и земля прейдут, нежели одна черта из закона пропадет» (От Луки 16:17). И вывод из притчи соответствует цели дискуссии; он ясен и однозначен: «если Моисея и пророков не слушают, то если бы кто и из мертвых воскрес, не поверят»(От Луки 16:31). Наделение же одного из персонажей притчи личным именем «Лазарь», служит вполне конкретной задаче – через неделю после того, как притча была рассказана, по молитве Иисуса воскреснет из мертвых человек как раз с этим самым именем! И это не сможет не напомнить фарисеям вывода из притчи о Законе и пророках!

    Экстраполяция (продление) аналогии далее признака, по которому проводится уподобление, бессмысленна. Но не менее бессмысленна и подмена типа подобия. Сталкиваясь с аналогией, важно установить: является данное уподобление аналогией свойств или аналогией отношений? Так, параллель между Царством небесным и купцом, ищущим хороших жемчужин (От Матфея 13:45), не означает необходимости искать что-либо круглое и блестящее. Это – аналогия отношений, а не свойств: мы должны стремиться к подлинным ценностям, и без сожаления отказываться от всего, что таковыми не является.

    С другой стороны, многие, ища аналогию отношений там, где ее нет, считают закваску библейским символом греха, и потому испытывают трудности при толковании притчи: «Царство Небесное подобно закваске, которую женщина, взяв, положила в три меры муки, доколе не вскисло все» (От Матфея 13:33). Но это – аналогия свойств. У закваски нет отношений ни с кем, но есть два характерных свойства: (1) попав в соответствующую среду, она полностью меняет ее; (2) это требует некоторого времени. Потому-то Царство Небесное подобно закваске: если в каком-либо коллективе оказался истинно верующий, там уже ничто не останется таким, как было раньше. С другой стороны, надлежит бояться закваски фарисейской, поскольку лицемерие не менее заразительно, чем вера (От Луки 12:1). Наконец, наш выход из рабства греха должен быть не постепенным, а мгновенным, подобно выходу Израиля из плена египетского – враз; так быстро, чтобы даже тесто не успело вскиснуть (Исход 12:39; 1 Коринфянам 5:8).

    2.12. Отвержение по ассоциации. В этом случае также предполагается, что наличие общего признака ведет к подобию. Но на это раз подобие – повод не для обоснования тезиса, а для его отвержения тезиса как ложного. Например:

    Сатана оперирует логикой
    Сатана зол
    Следовательно, логика есть зло

    2.13. «Враг моего врага». В этом случае позиция человека автоматически считается правильной, если он противостоит тем же оппонентам, что и мы. Это – та позиция, к которй подталкивает апостол Павел фарисеев Синедриона в разбиравшемся ранее примере с подменой тезиса: «Узнав же Павел, что тут одна часть саддукеев, а другая фарисеев, возгласил в синедрионе: мужи братия! я фарисей, сын фарисея; за чаяние воскресения мертвых меня судят. Когда же он сказал это, произошла распря между фарисеями и саддукеями, и собрание разделилось. Ибо саддукеи говорят, что нет воскресения, ни Ангела, ни духа; а фарисеи признают и то и другое. Сделался большой крик; и, встав, книжники фарисейской стороны спорили, говоря: ничего худого мы не находим в этом человеке; если же дух или Ангел говорил ему, не будем противиться Богу» (Деяния 23:6-9)

    2.14. Предвосхищение оснований. В этом случае речь идет об использовании аргументов, которые сами еще нуждаются в доказательстве. Пример:

    «Без пролития крови не бывает прощения» (Евреям 9:22)
    Бог пролил кровь животных, чтобы сделать одежды кожаные (ссылка на Бы­тие 3:21)
    Следовательно, грех Адама и Евы прощен

    В данном примере, нередко встречаемом в проповедях (правда, до вывода пока что дело не доходило), в первом аргументе вероятное подменяется необходимым (из того, что без пролития крови не бывает прощения, не следует, что всякое пролитие крови ведет к прощению, как это подразумевается в данном рассуждении). Да и второй аргумент здесь нельзя принимать за доказанный. Писание ничего не говорит об источнике сырья для одежд и технологиях их изготовления. По сути, мы здесь применяем к Богу собственные представления о том, как бы мы справились с этой задачей. Но Бог создал животных, не прибегая к известным нам методам; по аналогии можно утверждать, что Он может и создать одежды кожаные (что бы под этим ни подразумевалось) без пролития крови животных. Например, некоторые ранние отцы Церкви, ссылаясь на раввинистическую традицию, считали, что здесь речь идет о придании прародителям того бренного, подверженного смерти и болезням тела, которое мы все ныне наследуем. При этом утверждается, что ранее тела их были подобны прославленному телу воскресшего Спасителя. Безусловно, такая точка зрения также не более чем умозрительна – она приводится здесь лишь для того, чтобы показать, что умозрительное толкование, предполагаемое во втором утверждении, не является единственным: ведь ни про животных, ни про кровь в данном стихе ничего не говорится. К тому же под «пролитием крови» в Послании Евреям подразумевается жертвоприношение, идея же о жертвоприношении, которое совершил Творец и вовсе нелепа:  кому Он принес жертву? Не даром апостол призывает «не мудрствовать сверх того, что написано» (1 Коринфянам 4:6).

    3. Ошибки неуместности

    Многие утверждения, относящиеся к этой категории, сами по себе могут быть не только истинными, но и вполне уместными при ином рассуждении. Неуместными их делает стремление подменить ними вопрос об истинности обсуждаемого тезиса. Так что их ошибочность зачастую зависит исключительно от контекста, в котором они

    3.1. Ссылка на личность (аргументы «ad hominem», лат. – «к личности») включает недопустимые способы обращения с тезисом, которые относятся уже не столько к нарушению правил логики, сколько к нарушению этических норм дискуссии – и, как таковые, подле­жат изучению скорее в области риторики и этики, чем в области логики. Используя эти эффектные по форме, но логически неэффективные по сути и этически неприемлемые приемы, оппонент нападает на личность человека, выдвигающего тезис (в народе это так и называют: «перейти на личности»), или обращается к чувствам того, кому предстоит принять решение относительно обсуждаемого тезиса. По сути, такой прием вообще не является доказательством чего бы то ни было относительно тезиса, а служит способом давления на оппонента.

    Пример. «Что может говорить хромой об искусстве Герберта фон Караяна? Если ему сразу заявить, что он хромой, он признает себя побежденным. О чем может спорить человек, который не поменял паспорт? Какие взгляды на архитектуру может высказать мужчина без прописки? Пойманный с поличным, он сознается и признает себя побежденным» (М. Жванецкий. «Стиль спора»).

    Логика рассматривает «аргументы к личности» в качестве особо злонамеренной формы подмены тезиса; риторика же изучает их постольку, поскольку одной из задач риторики является классификация всех вообще возможных аргументов и способов аргументации. Это лишний раз показывает, что риторика может принести не только много пользы, но и много вреда, если она «не дружит» с логикой.

    Различают несколько разновидностей ошибки «ad hominem»:

    3.1.1. Оскорбление – наиболее распространенная из них, когда нападкам подвергается характер человека: «Некоторые из эпикурейских и стоических философов стали спорить с ним; и одни говорили: `что хочет сказать этот суеслов?'» (Деяния 17:18). Суеслов ли Павел или нет – об истинности или ложности его утверждений это ничего не сообщает.

    3.1.2. Ссылка на личные обстоятельства – утверждение, что аргумент выдвинут оппонентом в силу своих особых обстоятельств. «Никодим, приходивший к Нему ночью, будучи один из них, говорит им: судит ли закон наш человека, если прежде не выслушают его и не узнают, что он делает? На это сказали ему: и ты не из Галилеи ли?» (От Иоанна 7:50-52). Предположение, что только галилеянину было бы свойственно защищать Иисуса,  выступает здесь оправданием явного нарушения Закона Моисеева, на которое указывает Никодим.

    Аналогично, когда атеист, провозглашавший, что настоящий ученый не может верить в Бога (Неправомерное переопределение), узнаёт, что все основатели науки были верующими, он, как правило заявляет: «Ну и что с того? Тогда это просто было общепринято». Но общепринятость взглядов отнюдь не свидетельствует о ее ложности.

    3.1.3. Ссылка на мотивы предполагает наличие личных мотивов при выдвижении аргумента: «Они вторично отвечали и сказали: да скажет царь рабам своим сновидение, и мы объясним его значение. Отвечал царь и сказал: верно знаю, что вы хотите выиграть время» (Даниил 2:7-8). Желание волхвов выиграть время может быть правдой, но не касается истинности или ложности самого их утверждения.

    Аналогично, когда Давид пришел навестить состоящих в войске братьев и удивился, что израильтяне терпят голиафовы богохульства, «рассердился Елиав на Давида и сказал: … Я знаю высокомерие твое и дурное сердце твое, ты пришел посмотреть на сражение» (1Царств 17:28).

    Пожалуй, самый поучительный пример мы находим в Книге Иова. Когда «сказал Господь сатане: обратил ли ты внимание твое на раба Моего Иова? ибо нет такого, как он, на земле: человек непорочный, справедливый, богобоязненный и удаляющийся от зла» (Иов.1:8), тот мгновенно парирует: «Разве даром богобоязнен Иов? Не Ты ли кругом оградил его и дом его и все, что у него?» (Иов 1:9,10). Когда лукавый не в состоянии очернить ваши действия и образ жизни, он всегда будет клеветать на ваши мотивы! И лучшее тому сопротивление – просто игнорировать слова тех, через которых он это делает. Мотивы ваши – только между вами и Господом, «ибо кто из человеков знает, что в человеке, кроме духа человеческого, живущего в нем?» (1 Коринфянам 2:11).

    3.2. Генетическая ошибка предполагает отвержение тезиса не на основании его ложности, а на основании недоверия к его происхождению. Так, когда «Филипп находит Нафанаила и говорит ему: мы нашли Того, о Котором писали Моисей в законе и пророки, Иисуса, сына Иосифова, из Назарета», тот отвечает: «из Назарета может ли быть что доброе?» Филипп же в ответ предлагает применить прагматический критерий истинности – «говорит ему: пойди и посмотри» (От Иоанна 1:45,46)

    Когда же источником происхождения служит не просто время или место, а человек, или группа людей, выдвигающие тезис, «генетическая ошибка» представляет собой частный случай «аргумента ad hominem» (как в приведенном выше примере с Никодимом).

    3.3. Неуместный тезис (лат. non sequitur) доказывает не то, о чем идет спор и ведет к неуместному выводу. Таковым, в частности, является наиболее популярное среди атеистов «обоснование» так называемого Антропного принципа: «Почему параметры вселенной так удивительно подходят для существования жизни? Да потому, что в противном случае нас бы здесь не было, и удивляться было бы некому». Действительно, если бы вселенная не была идеально пригодна для жизни, мы бы не жили и не обсуждали бы этот вопрос. Но это не объясняет, почему вселенная идеально пригодна для жизни.

    В качестве полемического приема неуместный тезис может помочь перенаправить дискуссию в иное русло. Например – в более безопасное, как в уже обсуждавшемся примере: «Узнав же Павел, что тут одна часть саддукеев, а другая фарисеев, возгласил в синедрионе: мужи братия! я фарисей, сын фарисея; за чаяние воскресения мертвых меня судят. Когда же он сказал это, произошла распря между фарисеями и саддукеями, и собрание разделилось» (Деяния 23:6-7). Как видите, классификация неформальных логических ошибок сама по себе тоже не является жестко формальной, и одна и та же ошибка, зачастую, может попасть сразу в несколько категорий.

    3.4. Воображаемый противник (эта ошибка известна также под названиями «Бой с тенью» или «Пугало»). Вместо того, чтобы обосновывать собственный тезис, оппоненту приписывается наиболее радикальный либо самый нелепый из возможных антитезисов, который впоследствии триумфально разносится в пух и прах. Например, «Библия учит, что Земля плоская». Или – «креационисты считают, что биологические виды сотворены неизменными». Противники апостола Павла неоднократно выдвигали против него и его спутников подобным образом надуманные обвинения: «И, приведя их к воеводам, сказали: сии люди, будучи Иудеями, возмущают наш город и проповедуют обычаи, которых нам, Римлянам, не следует ни принимать, ни исполнять. Народ также восстал на них, а воеводы, сорвав с них одежды, велели бить их палками» (Деяния 16:20-22). «Между тем, во время проконсульства Галлиона в Ахаии, напали Иудеи единодушно на Павла и привели его пред судилище, говоря, что он учит людей чтить Бога не по закону» (Деяния 18:12-13).

    Прекрасным примером такого подхода является «комментарий» на Книгу Бытия «В начале» – шедевр Айзека Азимова, одного из ведущих атеистов ХХ века [7]. Так, в «толковании» на первый стих, «В начале сотворил Бог небо и землю», говорится: «… под небом понимается небесный свод … твердая полусфера, куполом простирающаяся над Землей. … Земля – плоское, возможно ограниченное окружностью пространство…». Далее новоявленный экзегет наголову разбивает это примитивное представление о таких «небе и земле» с точки зрения современной астрономии, причём – совершенно справедливо. Но какое отношение эта критикуемая позиция имеет к реальному значению библейского текста?

    3.5. Ссылка на силу. Эта ошибка известна также как «Палочный довод» или «Апелляция к городовому».

    «Почему ты взял две конфеты, – спрашивает младший брат, – их же здесь всем по одной?». «Щас как дам больно!», – отвечает старший, и вопроса как и не возникало. Это – довольно распространенный метод общения властей с электоратом (так теперь называется то, что раньше звалось гражданами, народом или просто – людьми).

    Не смея обвинить апостолов во лжи,  поскольку весь народ был свидетелем истинности того, что они проповедовали («отнюдь не верю, чтобы от него было что-нибудь из сего скрыто; ибо это не в углу происходило» – Деяния 26:26), члены синедриона не гнушаются палочной аргументации: «Приведя же их, поставили в синедрионе; и спросил их первосвященник, говоря: не запретили ли мы вам накрепко учить о имени сем? и вот, вы наполнили Иерусалим учением вашим и хотите навести на нас кровь Того Человека … и, призвав Апостолов, били их и, запретив им говорить о имени Иисуса, отпустили их» (Деяния 5:27-28, 40).

    3.6. Ссылка на жалость также не имеет никакого отношения к обсуждаемому тезису, но на практике порой работает: «Посему Царство Небесное подобно царю, который захотел сосчитаться с рабами своими; когда начал он считаться, приведен был к нему некто, который должен был ему десять тысяч талантов; а как он не имел, чем заплатить, то государь его приказал продать его, и жену его, и детей, и все, что он имел, и заплатить; тогда раб тот пал, и, кланяясь ему, говорил: государь! потерпи на мне, и все тебе заплачу. Государь, умилосердившись над рабом тем, отпустил его и долг простил ему» (От Матфея 18:21-27).

    Поскольку талант составлял почти два килограмма золота, «бедняга» задолжал царю двадцать тонн! Если посчитать, что у должника было, скажем, трое детей, то за всю семью по стандартному тарифу рынка рабов в 120 динариев (30 тетрадрахм/серебряников) за душу, с этой коммерческой операции царь мог выручить всего 0.1 таланта (1 талант = 6000 динариев) плюс выручка с распродажи имущества. То есть на возврат долга это особо не повлияло бы – речь шла, скорее, о дисциплинарных мерах. И ссылка на жалость сработала. До поры.

    3.7. Ссылка на авторитет или «забрасывание слонами». К ней прибегают, когда вместо обоснования (или опровержения) утверждения вам сообщают, что с ним согласен (или не согласен) некто, обладающий авторитетом. «Фарисеи сказали им: неужели и вы прельстились? Уверовал ли в Него кто из начальников, или из фарисеев?» (От Иоанна 7:47-48). Частными случаями этого подхода могут быть ссылки на анонимный или на собственный авторитет.

    3.8. Ссылка на большинство. Эту ошибку можно рассматривать как разновидность предыдущей. Только один или несколько крупных авторитетов «разменивается» на множество мелких. «И все пророки пророчествовали то же, говоря: иди на Рамоф Галаадский; будет успех тебе, и предаст его Господь в руку царя. Посланный, который пошел позвать Михея, говорил ему: вот, пророки единогласно предрекают доброе царю; пусть бы и твое слово было такое же, как каждого из них: изреки и ты доброе. И сказал Михей: жив Господь, – что скажет мне Бог мой, то изреку я» (2 Паралипоменон 18:11-13). Михей прекрасно понимал, что истина не определяется большинством голосов. И нас не может не радовать, что это же понимал и праведный Ной, ведь он был в явном меньшинстве (Евреям 11:7).

    3.9. Ссылка на незнание или «аргумент от умолчания» предлагает произвольно считать некое утверждение истинным или ложным (по усмотрению приводящего довод) ввиду отсутствия доказательств его ложности или истинности.

    «Мы знаем, что с Моисеем говорил Бог; Сего же не знаем, откуда Он» (От Иоанна 9:29), – сказали фарисеи прозревшему слепорожденному. Тот же, в жизни никогда не учившийся, тут парирует, опять же прибегая к прагматическому критерию истинности: «это и удивительно, что вы не знаете, откуда Он, а Он отверз мне очи. Но мы знаем, что грешников Бог не слушает; но кто чтит Бога и творит волю Его, того слушает. От века не слыхано, чтобы кто отверз очи слепорожденному. Если бы Он не был от Бога, не мог бы творить ничего» (От Иоанна 9:30-33)

    Ссылка на незнание – довольно слабый аргумент. Заявления типа «Никто не доказал, что инопланетян не существует» сами же себя опровергают, поскольку, автоматически означают, что и того, что они существуют, никто не доказал. Так что риторический вопрос «Кто знает: дух сынов человеческих восходит ли вверх, и дух животных сходит ли вниз, в землю?» (Екклесиаст 3:21) не стоит использовать для обоснования каких-либо богословских концепция посмертной участи людей и животных.

    3.10. Ссылка на природность предполагает, что естественная склонность к чему-либо указывает на ее правильность. Например, в природе моногамные отношения, скорее, исключение, чем правило. Поэтому супружеская неверность грехом не является. Но сторонники подобной морали утверждают также, что человеческое общество получила достаточное развитие, чтобы избавиться от «ханжеских стереотипов и условностей». И становится непонятно – какое же это развитие, если в качестве стандарта привлекается поведение животных? Это – деградация. Да, действительно измена, вражда, насилие, несправедливость царят как в животном мире, так и среди людей. Но то, что так есть, не предполагает, что так и должно быть. Этика – дисциплина не описательная, а предписательная [8].

    3.11. Ссылка на традицию. Подобным же образом не является доказательством истинности утверждения аргумент «так принято», так было заведено отцами нашими.

    Самарянка указывала на конфликт традиций: «Отцы наши поклонялись на этой горе, а вы говорите, что место, где должно поклоняться, находится в Иерусалиме» (От Иоанна 4:20). Но Иисус продемонстрировал, что это – ложная альтернатива. Главное – не где, а как поклоняться Богу: в духе и истине.

    «Ибо вы, оставив заповедь Божию, держитесь предания человеческого» (От Марка 7:8), – обличает Господь фарисеев. «Смотрите, братия, чтобы кто не увлек вас философиею и пустым обольщением, по преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христу» (Колоссянам 2:8), – предупреждает вслед за Ним апостол.

    3.12. Ссылка на случай. Пример, когда правило не работает, вовсе не опровергает самого правила, если речь идет о вероятном, а не о необходимом. Заявление «я знаю человека, который ночует в трансформаторной будки, и его не убило», не опровергает злободневности предупреждения «Не влезай – убьет».   

    3.13. Ссылка на комичность («Курам на смех») также можно скорее отнести к риторическому приему, чем к логическому аргументу. Восклицание «Эти доводы смехотворны!» вполне может означать отсутствие контраргументов.

    3.14. Ссылка на непрофессиональность. Данный подход – противоположность ссылке на авторитет. Когда Иисус пришел в Свой родной город, жители Назарета не стали разбираться – истинно Его учение или нет? Они сходу отвергли его, говоря: «Не плотников ли Он сын? не Его ли Мать называется Мария, и братья Его Иаков и Иосий, и Симон, и Иуда? И сестры Его не все ли между нами? … И соблазнялись о Нем» (От Матфея 13:55-57).

    3.15. Ссылка на полезность. Нередко можно услышать, как какой-нибудь наделенный властью безбожник заявляет, что хотя он сам в Бога не верит, намерен поддерживать церковь, потому что от веры в Бога люди становятся лучше.

    Идея эта не нова. Один из столпов Просвещения Вольтер (1694-1778) тоже утверждал, что в Бога не верит, но хочет, чтобы все его слуги были верующими. Однажды он сказал, удалив слугу из помещения: «Теперь, господа, вы можете продолжить ваши речи против Бога. Я не желаю, чтобы мои слуги зарезали и обокрали меня нынешней же ночью, поэтому я предпочитаю, чтобы они вас не слушали». «Давайте же, братья мои, по крайней мере, посмотрим, – писал он, – насколько полезна такая вера (представления о Боге, который наказывает и вознаграждает) и насколько мы заинтересованы в том, чтобы она была отражена во всех сердцах. Принципы эти  необходимы для сохранения человеческого рода» (Вольтер, 1694-1778).

    Монтескье (1689-1755) был еще более откровенен: «Даже если бы религия могла оказаться бесполезной для подданных, она всё-таки осталась бы полезной для государей, для которых, как для всех, кто не боится человеческого закона, она составляет единственную узду… Вопрос вовсе не в том, что лучше: чтобы отдельный человек или целый народ вовсе не имели религии или чтобы они злоупотребляли той, которую имеют. Вопрос заключается в том, какое зло меньше: чтобы люди от времени до времени злоупотребляли религией или чтобы её у них вовсе не было»

    Мы же, зачастую, всячески помогаем распространять этот миф о «полезной лжи» христианства – о христианской вере, как заблуждении, от которого и людям становится хорошо, и сами они становятся лучше. При этом, хотя учение атеизма провозглашается истинным, косвенно признается, что оно делает людей хуже и не непригодно для «сохранения человеческого рода». Если мы готовы ради улучшения людей учить их лжи, не погрязли мы сами во лжи и не разучились ли отличать ложь от истины?

    «Полезность» христианства – вполне уместный апологетический довод в пользу его принятия. Но он никоим образом не является доказательством истинности христианского учения – не тратьте, мол, времени, убеждая людей в истинности христианства; главное, что оно делает людей лучше. Каким же это образом ложь делает людей лучше? Не потому христианство приемлемо, что полезно, а полезно потому, что истинно! И когда прокуратор Фест объявляет учение Павла безумным, Апостол не парирует этот выпад утверждением «безумно, зато полезно!», а обличает несостоятельность подобного заявления: «я не безумствую, но говорю слова истины и здравого смысла» (Деяния 26:25).

    3.16. Ссылка на новизну. Вера в прогресс стала неотъемлемой составляющей мировоззрения нашего современника. Если раньше человек верил, что старое и проверенное лучше и надёжней чего-либо нового, сегодня мир пытается втянуть нас в коммерческую гонку: «старое» значит «устаревшее». У нас всё должно быть самое новое – новая модель машины, новый мобильник, самые последние версии компьютерных программ, новейшие идеи. В прекрасном произведении Клайва Льюиса «Письма баламута» старший бес-искуситель дает советы своему молодому неопытному племяннику, как лучше искушать людей: «Мой дорогой Гнусик!.. Самоуверенная тарабарщина, а не аргументы поможет тебе удержать пациента вдали от церкви. Не трать времени на то, чтобы утвердить его в истинности материализма, лучше внуши ему, что материализм силен и смел, и что это философия будущего».

    Мы должны ясно и однозначно понимать, что наша цель – провозглашение спасительной истины среди губительных заблуждений. В противном случае мы, находясь на рынке мнений, занимаемся рекламой идеологического товара не первой свежести. Это, собственно, и утверждает движение Новой Эры (Нью Эйдж): залежавшись 2000 лет на прилавках истории, христианская идея протухла; эпоха Рыбы прошла, и новая эпоха, эра Водолея заменит ее, поскольку это философия новая, сильная, смелая, и это – философия будущего. Однако, на всякое сильное учение найдется более сильное, на всякое смелое – более смелое, на всякое популярное – более популярное. Только истинное учение не может быть заменено «более истинным» или «менее истинным», ибо истина – абсолютна. Все, что отлично от истины – ложь, и нам надлежит обличать ее, какой бы она ни была приятной, соблазнительной, сильной или смелой.

    1. Алексей Панич, Сергей Головин. Основы Логики. Пособие для верующих и неверующих. – Симферополь: ДИАЙПИ, 2010. – 264 с.
    2. Джейсон Лайл. Эволюция и логические ошибки
    3. Сергей Головин. Эволюция мифа – как человек стал обезьяной. – Симферополь: ХНАЦ, 2003. – 96 с.
    4. Ф.Ф. Брюс. Документы Нового Завета – достоверны ли они? – Симферополь: ДИАЙПИ, 2011. – 96 с.
    5. Джош Макдауэлл. Неоспоримые свидетельства. – Симферополь: ДИАЙПИ, 2011. – 380 с.
    6. Эволюционная мифология.
    7. Айзек Азимов. В начале. – М: Политиздат, 1990. – Сс. 45-46.
    8. Сергей Головин. В Поисках воли Божьей. - Симферополь: ХНАЦ, 2014. - 120 с.

    Похожие публикации
    Demo scene