• Статьи
  • Вопросы и ответы
  • Обучение
  • Библиотека
  • ENG
  • Вы находитесь: » » » Откуда берутся Голиафы

    Откуда берутся Голиафы

    0 445
    И выступал Филистимлянин тот утром и вечером 
    и выставлял себя сорок дней (1 Царств 17:16).

    Более  нелепую ситуацию трудно представить: день за днём всё войско просыпается затемно, бойцы выходят из шатров, проверяют оружие, облачаются в доспехи, и к рассвету выстраиваются боевым порядком для того, чтобы до самого заката стоять и… бояться. И так – сорок дней подряд. Вся армия. Почти шесть недель все мужчины, способные держать оружие, живут в полевых условиях, спят на земле, питаются всухомятку, не ведают ласки жен и детского смеха. И при этом не делают ничего иного – только стоят в строю и боятся. И не менее прочих боится царь – помазанник Божий по призыву которого израильтяне оставили свои дома!

    Впрочем, ситуация эта не возникла просто так, ниоткуда. Воины Саула – не первые в Божьем народе, кто испугался великанов в земле Ханаанской. Еще во дни Моисея, когда Бог с обильными чудесами и знамениями выводил Израиль из Египта, сыновья Завета побоялись войти в обетованную им землю, и распускали худую молву о земле, которую они осматривали, между сынами Израилевыми, говоря: земля, которую проходили мы для осмотра, есть земля, поедающая живущих на ней, и весь народ, который видели мы среди ее, люди великорослые; там видели мы и исполинов, сынов Енаковых, от исполинского рода; и мы были в глазах наших пред ними, как саранча, такими же были мы и в глазах их (Числа 13:33-34). За то и послал их Бог в пустыню «на переэкзаменовку».

    Сорок лет спустя израильтяне все-таки сдали экзамен веры, но – «на троечку». Господь повелел им выгнать все народы, живущие в Земле Обетованной, чтобы Божьим детям не ходить их путями и не служить их богам. Но те ослушались и поселились на общей территории с туземными народами, что и породило конфликт с Филистимлянами, тянувшийся долгие годы.

    Именно Саулу, первому Божьему помазаннику в Израиле, и предстояло повести «работу над ошибками»: Так говорит Господь Саваоф: вспомнил Я о том, что сделал Амалик Израилю, как он противостал ему на пути, когда он шел из Египта; теперь иди и порази Амалика и Иерима и истреби все, что у него; не бери себе ничего у них, но уничтожь и предай заклятию все, что у него; и не давай пощады ему, но предай смерти от мужа до жены, от отрока до грудного младенца, от вола до овцы, от верблюда до осла (1 Царств 15:2-3). Но Саул и народ пощадили Агага и лучших из овец и волов и откормленных ягнят, и все хорошее, и не хотели истребить, а все вещи маловажные и худые истребили (15:9).

    Так был открыт список прегрешений Саула, далее разраставшийся как снежный ком. Один грех, корыстолюбие, породил другой – непослушание. Тот повлек за собой третий – гордыню. Присвоив себе славу дарованной Богом победы, Саул присвоил почётный трофей – плененного царя Агага, и воздвиг себе памятник на горе Кармил (15:12). Но когда пришел Самуил к Саулу, то Саул сказал ему: благословен ты у Господа; я исполнил слово Господа (15:13). Для покрытия старых грехов понадобился новый – ложь. Саул осознанно и целенаправленно пытался ввести Самуила в заблуждение. Когда же это не удается, он опять пытается покрыть прежние нераскаянные грехи новым – перекладывает ответственность и искажает мотивы: народ пощадил лучших из овец и волов для жертвоприношения Господу Богу твоему; прочее же мы истребили (15: 15). Во всем виноваты мой народ и твой Бог.

    Именно так – твой Бог! Ослепленный грехом, помазанник отрекается от Бога, помазавшего его, и тем самым – от своего помазания. Когда же Самуил обличает его, царь противится пророку: я послушал гласа Господа и пошел в путь, куда послал меня Господь, и привел Агага, царя Амаликитского, а Амалика истребил. Народ же из добычи, из овец и волов, взял лучшее из заклятого, для жертвоприношения Господу Богу твоему, в Галгале. И отвечал Самуил: неужели всесожжения и жертвы столько же приятны Господу, как послушание гласу Господа? Послушание лучше жертвы и повиновение лучше тука овнов; ибо непокорность есть такой же грех, что волшебство, и противление то же, что идолопоклонство; за то, что ты отверг слово Господа, и Он отверг тебя, чтобы ты не был царем над Израилем (15:20-23).

    Казалось бы – карты на столе, противиться далее бесполезно и остается лишь покаяться, предавшись милости Божьей. Саул действительно признает свою вину и сожалеет о произошедшем. Но между сожалением и покаянием – огромная пропасть. Теперь царь, пытаясь оправдать свои действия, перекладывает на народ не только свою ответственность, но и свою вину, дескать он сам оказался жертвой обстоятельств: и сказал Саул Самуилу: согрешил я, ибо преступил повеление Господа и слово твое; но я боялся народа и послушал голоса их; теперь же сними с меня грех мой и воротись со мною, чтобы я поклонился Господу Богу твоему (15:24-25). Когда же и это не удается, Саул зовёт самого Самуила в соучастники собственного греха, предлагая покрыть его, сделать вид, будто ничего не произошло: сказал Саул: я согрешил, но почти меня ныне пред старейшинами народа моего и пред Израилем и воротись со мною, и я поклонюсь Господу Богу твоему (15:30).

    Лишь кажется, что гигантская проблема в лице Голиафа возникла неожиданно. Как жар – закономерное проявление гриппа, страх перед Голиафом – закономерный результат болезни, давно поразившей Саула, имя которой – грех, непослушание Богу.

    Грех нельзя спрятать или приручить, с ним нельзя поладить. Гигантская проблема – плод цепи мелких уступок. Грех накатывается как снежный ком. Одно прегрешение мы пытаемся покрыть другим, и так – до бесконечности. Но грех – как кредит: оплату можно отсрочить, но и заметить не успеешь, как долг окажется неоплатным. И вот уже перед нами предстает наш Голиаф, и все, что с ним связано: бессилие, вина, страх, стыд, унижение. Голиаф приходит внезапно, без объявления войны. Зачем объявлять ее? Война идет постоянно. И поле битвы на этой войне – мы с вами. Сатана использует наши грехи в качестве оружия против своего врага – Христа, живущего в нас.

    Как зовется ваш Голиаф? В чем вы не покоряетесь воле Божьей? В чем идете на компромисс? Какой грех не можете преодолеть? Неспособность к прщению? Гнев? Сребролюбие? Чревоугодие? Пьянство? Похоть? Гордыня? Иное что? Всем им имя – Голиаф. А цель Голиафа – посрамить полки Израильские. Он выступает, выставляя себя, день за днем, и мы в страхе причитаем: «Будь я настоящим христианином, я бы никогда так не поступил»; «Если бы Бог любил меня, он не допустил бы такого в моей жизни»; «Бог защитил бы меня – от искушения, от долгов, от проблем, от зависимости»; «Он бы уберёг меня от греха». Так грех удаляет людей от Бога – заставляет прятаться в шатре позора. А выход из этого шатра лишь один – навстречу Голиафу.

    Единственная альтернатива – выйти против Голиафа, как Давид. Отказаться играть по правилам мира, не сражаться мирским оружием. Царь пытается облачить юношу в свои доспехи, но то, что не помогло Саулу, вряд ли сгодится Давиду. Насмехается над неожиданным противником и вооруженный до зубов единоборец: что ты идешь на меня с палкою? разве я собака? (17:43). Ни царь, ни великан не ведают, что у Давида есть свое, «секретное» оружие невидимое для них: ты идешь против меня с мечом и копьем и щитом, а я иду против тебя во имя Господа Саваофа, Бога воинств Израильских, которые ты поносил (17:45). Ничего подобного не никогда не приходило филистимлянину в голову!

    Давид не знает, сколь долгой будет схватка. На всякий случай он взял пять камней для пращи. Но хватило и одного: опустил Давид руку свою в сумку и взял оттуда камень, и бросил из пращи и поразил Филистимлянина в лоб, так что камень вонзился в лоб его (17:49). И, опять же, – ничего подобного не никогда не приходило филистимлянину в голову!

    Далее, Давид выходит на Голиафа с ясной и конкретной целью. Он не выставляет свою кандидатуру на должность освободителя Израиля, не стремится открыть новое направление в военном искусстве. Он желает прославить Бога: узнает вся земля, что есть Бог в Израиле; и узнает весь этот сонм, что не мечом и копьем спасает Господь, ибо это война Господа, и Он предаст вас в руки наши (17:47).

    Задача Давида – не просто одержать победу, а уничтожить противника: Давид подбежал и, наступив на Филистимлянина, взял меч его и вынул его из ножен, ударил его и отсек им голову его (17:51). При этом Голиаф погибает от собственного же меча. От своего же меча погибает впоследствии и Саул (31:4). Грех не может быть побежден на пятьдесят, восемьдесят или даже на девяносто девять процентов. Посему, – пишет Апостол, –  станем праздновать не со старою закваскою, не с закваскою порока и лукавства, но с опресноками чистоты и истины (1 Коринфянам 5:8).

    При этом, противостоя Голиафу, Давид не отделяет себя от всего народа Божьего: это война Господа, и Он предаст вас в руки наши (17:47). И поднялись мужи Израильские и Иудейские, и воскликнули и гнали Филистимлян до входа в долину и до ворот Аккарона. И падали поражаемые Филистимляне по дороге Шааримской до Гефа и до Аккарона (17:52).

    Единство с Божьим народом делает наши победы над своими личными Голиафами необратимыми. Даже Давид утомлялся, воюя с филистимлянами, и новые сородичи Голиафа, потомки Рефаимовы, пытались погубить его. Тогда на помощь человеку Божьему приходили соратники (2 Царств 21:15-21). Если вы думаете, что всегда будете сильны, и в любой момент сможете противостоять греху, проблемам, соблазнам, горю, страданиям, – не обманывайтесь. В трудные моменты жизни нам будут нужны соратники, способные встать рядом с нами против наших великанов. Но и про тех сынов Рефаимовых Писание говорит, что они пали от руки Давида и слуг его (21:22), потому что народ Божий – одно целое.

    Как долго вы прячетесь в шатре от своего Голиафа? Израиль выходил на поле брани, чтобы стоять в строю и бояться, сорок дней. Но сорок дней – не вечность и Голиафу суждено проиграть эту войну, ибо это война Господа, а Он уже одержал победу на Голгофе.
    Похожие публикации
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
    Demo scene